«Человек с острова И…»

« Город на Цне »
9
от
Среда, 25 февраля, 2015 (Весь день)
2006
https://top68.ru/sites/default/files/styles/768x474/public/article-images/2015/02/25/top68.ru-chelovek-s-ostrova-i-50862.jpg?itok=lBL_Y836
В 2014 году экспертный совет Фонда Михаила Прохорова подвёл итоги открытого благотворительного конкурса «Новый театр». Одним из победителей в программе «Театральный мир» программного блока «Искусство и культура» стал ТОГАУК «Тамбовтеатр» с постановкой спектакля по пьесе ирландского драматурга Мартина Мак-Донаха «Калека с острова Инишмаан».

В Тамбове премьера спектакля, получившего название «Человек с острова И…» состоится уже скоро – 14 марта. Режиссёр-поставщик, работающий сегодня с труппой Тамбовского драматического театра – лауреат международных конкурсов, уникальный, разносторонний человек, актёр, режиссёр, оперный певец из города Ташкента Георгий ДМИТРИЕВ. 

 
Доносить зрителю правду
 
– Георгий Юрьевич, для вас было неожиданностью, что именно вы стали режиссёром-постановщиком нового спектакля? 
 
– Предложение директора «Тамбовтеатра» Петра Куликова стать режиссёром-постановщиком стало для меня неожиданной и радостной новостью. Я счастлив, что у меня есть возможность работать с невероятно талантливыми людьми. Тамбовскому драматическому театру можно позавидовать – в наши дни уже большая редкость, когда в труппе представлены все поколения актёров, есть как молодые и амбициозные, так и опытные мастера с очень хорошей школой. Такой баланс очень важен для театра и может дать невероятные творческие результаты.  
 
– Расскажите немного о себе. 
 
– Моя актёрская деятельность началась в ташкентском театре «Ильхом» – это один из первых в истории бывшего Советского Союза профессиональных негосударственных театров. Его основал в 1976 году режиссёр-новатор Марк Вайль. Я в «Ильхоме» с 15 лет. Театр с самого начала складывался, словно джазовый ансамбль, состоящий из свободно импровизирующих, чутко слышащих и понимающих друг друга солистов. В советское время это был «театр в подвале» – профессиональные актёры, отыгрывая спектакли в государственных театрах, поздним вечером играли в бывшем помещении овощного склада, официально называвшегося тогда экспериментальной студией творческой молодёжи. 
 
Только там можно было увидеть «Дракона» Евгения Шварца с оригинальными текстами пьесы, или критикуемую в то время «Утиную охоту» Александра Вампилова. Марк Вайль был гениальный режиссёр, который в сложных условиях находил способы донести до зрителя правду. Он держался принципа, что нельзя молчать о том, что происходит за окном, что театр обязан быть отражением реальности. Можно сказать, он ввёл мне вакцину отношения к искусству, к профессии, он же расставил точки над i в вопросах провинции. «Неважно где, важно что и как!» – таким было его кредо. Принципиальность, нежелание молчать о самых важных проблемах современности стали причиной его гибели: Марк Вайль был убит в 2007 году в подъезде собственного дома… В театре «Ильхом» я прослужил шестнадцать лет. За это время сыграл более двадцати ролей, среди них были Онегин, Клавдий, Маленький Принц, Дон Кихот, Станиславский. Со спектаклями театра выступал на сценах России, Германии, Франции и США.
 
– В качестве режиссёра вы тоже дебютировали в «Ильхоме»?
 
–  Да, мой режиссёрский дебют состоялся в 2008 году. Это были постановки «Невский проспект» по повести Гоголя, «Дело чести» по пьесе Хюбнера и «Соло для женщины с фортепиано» по автобиографическому роману Марлен Дитрих. Затем уже в 2012 году я дебютировал в качестве режиссёра-постановщика оперного спектакля «Дело Моцарта» с оперой   Н. Римского-Корсакова «Моцарт и Сальери», соединённой с избранными частями «Реквиема» Моцарта. Параллельно, работая в «Ильхоме», я окончил музыкальное училище и консерваторию, как оперный певец готовил сольные выступления. Раньше для меня существовало вечное разделение, я не знал, как и где мне лучше реализовать себя – актёром в театре драмы, в академическом вокале или в режиссуре. Теперь же могу сказать – я не хочу сосредотачиваться только над чем-то определённым, я самовыражаюсь так, как наиболее интересно в данный момент. В этом смысле я как художник, который сегодня рисует карандашом, завтра масляными красками, а позже, если посчитает нужным, приступит к акварелям.
 
Пьеса про нас и о нас
 
– Сейчас вы работаете над постановкой спектакля «Человек с острова И…» На ваш взгляд, о чём эта пьеса, кому она будет интересна сегодня?
 
– Пьеса Мартина МакДонаха – об истории маленького городка. И, хотя речь идёт об ирландской провинции, её проблемы понятны всем, это пьеса про нас и для нас. Она не документальна и даёт зрителю такую систему образов, к которой он не привык. Зритель не привык, что жестокость может быть смешной, что к смерти можно относиться с улыбкой, к тому, что в самом брутальном человеке вся наружность характеризует очень чуткого и слабого человека. Для меня история главного героя – Калеки Билли, – не связана с его физическим недугом, он калека, потому что он не такой как все. В провинции живёт человек, который не подвержен тоске и депрессии, не пьёт, не курит, а думает, стремится к самореализации, верит и мечтает. Калека – это тот, кто не умещается в так называемую систему «общепринятых ценностей». Что происходит с ним? Он ищет способ вырваться. Мечта начинает тревожить его, и он совершает поступок, который, как полагает он сам, должен привести к ней. Мечта, о которой думалось как о самой главной цели в жизни, не становится реальностью, и он возвращается обратно. Стоит ли возвращаться обратно? Есть прекрасная восточная мудрость, что нельзя возвращаться в те места, где вы когда-то были счастливы. Поэтому настоящим калекой герой становится именно по возвращении. Но с другой стороны есть иная правда о том, что ночь особенно темна перед рассветом, и герой понимает эту истину, осознаёт, что в мире нет ничего важнее Любви и только ради неё стоит жить. 
 
– Какие темы, поднятые МакДонахом, вам кажутся наиболее значимыми?
 
– Первая – это тема обрезанных крыльев, когда человек стремится к мечте и не достигает её. Вторая тема – любви близких, когда порой мы из привязанности к самым дорогим людям, желая им добра, запираем их в клетку. Третья тема – соприкосновения поколений, у каждого из которых есть своя правда и неправда. Как режиссёр я не хочу быть иллюстратором пьесы и не хочу объяснять её. Наоборот, мне очень хочется задать больше вопросов зрителю и не предлагать заранее готовых ответов.
 
«То, что я должен сказать…» 
 
– Георгий Юрьевич, 25 февраля на сцене драмтеатра вы выступаете как оперный певец с концертом «Песенки ВертинскАго». Скажите, чем близок вам Александр Вертинский? 
 
– К понимаю творчества Вертинского я пришёл не сразу. Я был равнодушен до тех пор, пока в Ташкенте не услышал романс Вертинского «Бал Господень» в исполнении баса народного артиста Узбекистана Куркмаса Мухитдинова. Тогда я внимательнее отнёсся к Вертинскому, начал слушать его записи, прочёл его автобиографическую книгу «Дорогой длинною»… и просто заболел им. Вертинский появился в моей жизни в тот момент, когда был особенно нужен. Это автор, через которого я могу выразить то, о чём думаю сам. Программа «Песенки ВертинскАго» позволила мне объединить и режиссуру, и вокал, и актёрскую игру.

В целом я отобрал около семнадцати самых важных для меня песен, которые стали основой программы. Для многих Вертинский – некая тонкая загадочность. На самом деле это лишь поверхностный взгляд, внешний образ великого мэтра – лишь красивая картинка, но за ней скрыты масштаб, иной взгляд на мир и колоссальные по глубине переживания. Что немаловажно, у Александра Николаевича Вертинского была твёрдая гражданская позиция, которой сегодня попросту не хватает многим творческим людям. Каждая его песня – это уникальное сочетание тонкого чувства юмора и светлой печали, соединённых с великолепной мелодической линией и прекрасной поэзией.

 
Фото предоставлено автором
Автор: 
Беседовал Сергей Доровских
Читайте также:
Наверх