Формула успеха

« Наше слово »
12
от
Вторник, 17 марта, 2015 (Весь день)
1139
https://top68.ru/sites/default/files/styles/768x474/public/article-images/2015/03/17/top68.ru-formula-uspekha-51877.jpg?itok=qTgpCD2c
Пожалуй, редко имя артиста бывает известно и любимо сразу несколькими поколениями зрителей. Цена такой популярности зачастую понятна - талант, помноженный на трудолюбие и возведённый в степень счастливой случайности. Анатолий Алёшин - российский певец, композитор и участник нескольких легендарных музыкальных коллективов, как раз из такой категории. Сегодня он гость редакции, и мы попытались выяснить, что же из этих трёх слагаемых является главным.

- Анатолий, в вашей жизни все эти три соста­вляющие сложились в единую формулу успеха. Давайте начнём наш раз­­г­­овор всё же не с этого, а с момента, как вы оказались в Ми­­чуринске…
- Довольно неожиданно для себя. В 2009 году после реконструкции открылся городской кинотеатр «Октябрь». Мне тогда позвонил его руководитель Михаил Малахов. Он предложил приехать и выступить у них на сцене с моими песнями. Но мы решили сделать такую встречу несколько отличной от привычного концертного формата и посвятить её какому-то событию. Поскольку большая часть истории «Октября» тесно переплетается с историей великой страны, то остановились на теме  Советского Союза. Так появились стилизованные дискотеки «Назад, в СССР» - эпохе, с которой моё творчество связано процентов на 90 (улыбается).
 
- Кстати говоря, как вы относитесь к тому вре­­­мени? «Времени зас­то­я», как его часто порой называют…
- Любую эпоху вполне справедливо можно и ругать, и восхвалять. То время в нашей стране - не исключение. Но при этом надо понимать, что основная часть - и в промышленности, и в спорте, и в культуре, чем гордится сегодняшняя Россия, создана именно в те годы. Отрицать это может только недалёкий человек. Я от первого лица могу говорить о музыкальной жизни страны тогда и сегодня. Не думаю, что кто-то будет всерьёз спорить со мной, если скажу, что лучшие песни были написаны и спеты в СССР. О причинах этого можно долго рассуждать. Но факт остаётся фактом.
 
- Вернёмся в наше время… Каким вы увидели Мичуринск?
- Мне, жителю столицы, он понравился тогда и очень нравится сейчас. В моих словах нет ни грамма фальши. После московских пробок, суеты и шума - это место, где человек может жить спокойно и умиротворённо. С годами это понимаешь острее. Мичуринск - город с историей. Это видно по его улицам, зданиям. Жаль, что большая часть из них находится в столь плачевном состоянии. Он мог быть очень красивым городом. Это задача городского руководства сделать его уютным. Основа для этого есть. 
И потом, любой город - это не только и далеко не всегда лишь архитектура. Это люди, живущие в нём. Могу с уверенностью сказать, что мичуринские зри­­­­­те­­­­­ли, приходящие на мои концерты - достойная публика. 

- Ваша счастливая артистическая звезда взошла в вокально-инст­ру­­ментальном ансамбле «Весёлые ребята» - одном из лучших советских музыкальных коллективов того времени…
- Да. В начале 70-х я стал петь в этой группе. В те годы это был звёздный коллектив: Вячеслав Малежик, Александр Буй­нов, Александр Градский, Алла Пугачёва - и сегодня эти имена легко соберут любой зрительский зал. Вряд ли будет преувеличением с моей стороны, если я скажу, что «Весёлые ребята» стали для нас великолепной школой.
 
- И всё же давайте поговорим о том, что яв­ля­­ется основным в некой условной формуле успеха артиста. Талант, работа или счастливый случай?
- Всё вместе, хотя у каждого в разных пропорциях. Но наличие всех трёх компонентов - обязательно. В моём случае мне сложно что-либо выделить. Мои родители - люди, в общем-то, далёкие от музыки, тем более профессиональной. Они, крестьяне, выходцы из Рязанской области, перебравшиеся в конце 20-х годов в Москву. Отец работал водителем трамвая. Хотя в нашем доме часто пели, когда, например, за столом собиралась компания. Причём довольно стройно, на несколько голосов. Папа, кстати, в молодости пел в деревенском церковном хоре. Мной же в этом плане никто не занимался. И вот однажды музыкальный педагог в детском саду (а я там был главным солистом детского хора), оценив мои вокальные данные, посоветовала папе: «Мальчик способный, ему надо учиться в музыкальной школе». Вскоре мы с отцом пришли туда, и у нас состоялась интересная беседа с преподавателями, которые прослушивали детей. Мне предложили учиться по классу «фортепьяно». Но папа, увидев стоящий тут же рояль, осторожно поинтересовался - «оно ли это?» Ему ответили: «Нет, это рояль. А пианино - размером со шкаф». «А сколько оно стоит?» - настороженно спросил он и, услышав, что цена составляет несколько тысяч, испугался. Отца смутила и стоимость инструмента, и его размеры. Мы ведь жили в небольшой квартире на окраине Москвы. Да и сумма была неподъёмная. «А что есть подешевле?» - с надеждой в голосе поинтересовался он. «Есть скрипка, стоит 80 рублей…» «Вот это то, что надо!» - обрадовался папа. Так я стал осваивать этот компактный, но очень нелёгкий инструмент.
 
- А учёба в музыкальной школе нравилась?
- Не особенно. Хотя давалась легко, и я даже был лучшим учеником. Закончил школу и стал готовиться к поступлению в музучилище. Но тут опять на моём творческом пути появился отец. Он не был против дальнейшей учёбы там, но подошёл к проблеме с чисто бытовой точки зрения практичного человека. Отец спросил меня: «А какая в училище стипендия?» Я ответил: «Двадцать рублей». Тогда папа говорит: «Ты знаешь, тут у нас есть радиотехнический техникум, там стипендия 40 рублей. И друг твой Володька туда же поступает!»
 
Доводы были серьёзными. А я к тому же тогда увлекался радиолюбительством: паял, чертил схемы, собирал приёмники и т. д. Одним словом, подумав, решил поступать в радиотехнический на отделение «Электро- и радиооборудование летательных аппаратов». Поступил, там же стал заниматься плаванием, которое мне очень нравилось и нравится до сих пор. И один из моих друзей в техникуме однажды сказал мне: «Мы со старшим братом достали фотографии нот и текстов песен «Битлз», давай создадим свой ансамбль и будем играть на танцах!» Выбор пал на меня не случайно - я единственный из той компании знал ноты. 
 
Так в 1967 году в Москве появилась группа «Ветер перемен» в которой я стал играть и петь. Тогда все московские группы играли приблизительно одинаковую музыку. Это были перепевки «Битлов» и «Ролл­ингов». В это время только-только начиналось появляться наше собственное авторское творчество. В 1968 году к нам в группу пришёл Алек­сандр Лер­ман, фигур­а в совет­ской музыке без преувеличения многогранная. Саша стал сочинять, а мы - исполнять уже свою музыку.

- А когда ваше творчество стало профессиональным?
- В начале 70-х как грибы после дождя, в Москве стали появляться ВИА. И в один момент образовался дефицит квалифицированных музыкантов, способных играть в таком новом формате. В «Весёлые ребята» - один из таких новых коллективов - меня привёл Алек­сандр Буйнов. И я стал там петь. Потом в моей биографии был «Аракс», различные другие яркие проекты, совместная работа с Александром Рыб­никовым и Юрием Анто­новым. Так что возвращаясь к главному вопросу этого интервью, я думаю, вы сами сможете попытаться ответить, что более или менее важно в той формуле успеха артиста, о которой вы меня спрашивали. Я, по крайней мере, не знаю точного ответа. Знаю только, что если чего-то из этих трёх со­­ставляющих нет или просто их маловато, то формула не пригодится.
 
Автор: 
Вадим Гранитов
Читайте также:
Наверх