Уличный театр Юрия Берладина вновь выступил в Тамбове: карнавал продолжается

В Тамбове на фестивале «Огни правого берега» в парке семейного отдыха «Ромашково» выступил знаменитый российский уличный театр «ЭКС» со своим шоу «Погорелый театр». Художественный руководитель театра — Юрий Берладин — наш земляк.

— Я родился в Тамбове, и не просто в Тамбове, а в тамбовском театре, — рассказывает он. — Мои родители жили в театре, они меня там как бы «придумали».

Театральная семья Берладиных тесно связана с Тамбовом. Отец Юрия Берладина — Анатолий Петрович — выступал на сцене тамбовского театра с 1948 года. Ушёл из жизни в 1966 году в Тамбове. Сам Юрий Берладин родился в декабре 1951 года, окончил Тамбовский филиал Московского института культуры, в 1973-74 годах выступал на сцене тамбовского театра драмы. И каждый раз приезжает в Тамбов, по его словам, с особым чувством.

Театр «ЭКС» по традиции завершал фестивальную программу «Огней правого берега». И по традиции — триумфально. Двадцать минут полного восторга — это про огненное шоу Юрия Берладина.

— Ваше шоу называется «Погорелый театр». Звучит, как вызов…

— Обычно мы берём каждый раз новый художественный образ и пытаемся вокруг него устроить действие. Но сегодня у нас известное уже шоу — «Погорелый театр». Что это такое, никто не знает, но, тем не менее, вот он.

— Вы часто сжигаете театры?

— Смысл такой, что театр возрождается после того, как сгорает. Как Феникс из пепла. Бог дал, Бог взял, а мы всё равно на своём, — смеётся Берладин.

— Вы занимаетесь «непрактичным делом» — уличным театром. И сколько лет живёте в этом театре?

— Ну, я-то занимаюсь всю жизнь. А конкретно с этой командой — боюсь сказать, очень много. Больше 30 лет. И она, в основном, та же самая.

Уличный театр «ЭКС» заявил о себе в 2001 году, выступив на проходившей в Москве третьей Всемирной театральной Олимпиаде в программе «Уличные театры мира» со спектаклем «Questio diabolica».

— Как так получилось, что люди остаются в уличном театре?

— Всё, это уже жизнь. Здесь, в театре. Ребятам нравится. Много умных театров. Но у нас система такая: нам же не платят постоянно зарплату. Мы тут собираемся, потому что нам приятно, и отрываемся. Как-то так.

— Насколько сейчас непрактичное дело — уличный театр? С меркантильной точки зрения?

— Ну, как сказать, смотря с какой точки зрения. Если с меркантильной — да, непрактичный. Но это всё-таки такой осколок карнавала. Затерявшийся в московских переулках. Уличный театр существует столько, сколько существует человек. Просто в новейшее время он приобрёл новые очертания. Если раньше это были ритуалы, традиции, то сейчас он выступает в перформативной форме.

— В Москве сейчас проходит театральный фестиваль на бульварах. Это ведь тоже уличное искусство?

— Да, Театральный бульвар. Второй год подряд. Надо сказать, что поздно решились. А ведь была потрясающая Академия дураков создателя театра «Лицедеи» Вячеслава Полунина.

— Академия дураков? Расскажите.

— Там выбирали академиков, там выбирали… В общем, взрослые люди собирались и творили такие чудеса. Позволить себе быть дураком. Они заседания проводили. Я один эпизод расскажу. Когда Ширвиндт на сцену выходит и говорит: «Товарищи, у нас не всё в порядке. И мне горько». И вдруг весь зал начинает кричать: «Горько! Горько! Горько!»

— А проект «Корабль дураков» — это ведь тоже Полунин?

— Да. Ещё в 2003 году. Он на Чеховском фестивале каким-то способом, с помощью какого-то колдовства нашёл спонсора, который проплатил для Полунина и его учеников тур от Москвы до Жигулёвских гор и обратно. Целиком корабль. С выступлениями. Останавливаются — и что-то там куролесится.

— Корабль дураков?

— Корабль дураков, да. Полунин объявил набор. В Театре имени Маяковского состоялись приёмные экзамены. Отобрали человек тридцать. Посадили на корабль, кормили и ехали. И каждый день — праздники подряд. Сегодня 23 февраля, завтра день Нептуна, послезавтра 8 Марта, Новый год. Всё вперемешку. Это была колоссальная школа, когда все выпотрошились уже за неделю. А впереди целый месяц. А потом началось самое интересное — восприятие обострилось до такой степени, что из каждой глупости тут же рождался сюжет для вечернего представления. Поразительно, что все эти люди после этого очень сильно прогрессировать стали. К сожалению, потом на специальный театр «Корабль дураков» средств не нашлось.

— Это отрыв от обыденности...

— Да. Когда мы сходили на берег, на нас внешний мир так наваливался. Ты начинаешь всё превращать в какие-то парадоксы, образы. Вот это, собственно, и есть суть уличного искусства.

Кстати, в «Ромашково» планируют-таки реализовать идею театра на воде. Площадкой должен стать хаусбот — самоходный дом на воде на понтоне (его раньше использовали у бывшего ресторана «Пират», а осенью 2025 года перевезли в «Ромашково»).

— Но фестивали всё-таки появляются. Раньше их не было?

— Когда мы начинали, никаких фестивалей не было. Был один в Архангельске — и всё. А сейчас в каждом городе: «У нас фестиваль!». Это, по-моему, лет десять назад ещё была театральная Олимпиада, где были уличные театры мира, Чеховский фестиваль.

— А вы часто гастролируете?

— Ну, не могу сказать, что часто. Иногда выезжаем. Организационных идей нет больше. Есть такие лидеры, как Полунин, за которым можно пойти. Авторитет, финансы — и всё остальное. А всё остальное, как правило, на тормозах спускается. Но культура потихонечку пролезает. Пускай она сейчас эпигонская во многом, но всё-таки.

— А в чём проблема, на ваш взгляд?

— Я думаю, что надо много посвящать обучению, понимать, что происходит в мире. Творческие люди — мы все характерные. Любим свою норку копать. А надо как-то формироваться, узнавать новое. Вот Полунин — он человек, который приспособлен к обучению. Он говорил в интервью, что если бы не стал клоуном, был бы библиотекарем, архивы разбирал. Потому что он кайфует, когда начинает разбираться в том, что делает.

Приехали к нему домой в Питере. А он по всему полу разложил фотографии клоунов немого кино — Лорел и Харди. Вся квартира с ними. Он никак не мог понять, в чём их секрет. Он постоянно задаёт вопросы, пытается на них ответить. Он вырос не на том, что просто вышел и всё получилось. Он очень образован. У него лучшие библиотеки по клоунаде и видеотека. Гигантский материал. У него есть огромное желание понять — в чем секрет, а не просто меркантильный интерес.

— Вы сказали: «Позвольте себе быть дураком». Это ведь из Полунина?

— Да, это его слова. Он на юбилей Петербурга придумал проект: 300 невест с одного конца города, 300 женихов с другого. И такие шествия дураков. Каждый год — своё шествие, карнавальное. Целая процессия. Представляете, событие! И после этого они должны отправиться в кругосветное путешествие. Даже договаривались, что во Франции свадебное путешествие Депардье будет встречать, поздравлять. Но не договорились, — смеётся Берладин.

— И как, получается удивлять?

— Все хотят впечатлений, удивления. Говорят, что мы продаём эмоции. Индустрия впечатлений. В Европе эта традиция не прерывалась. В России она была прервана. Когда-то были балаганы, кабаре — всё это было. А потом — тяжёлые войны, революции. И всё же традиция осталась. Получается, люди хотят эмоций, зрелища.

— И всё-таки: что для вас уличный театр сегодня?

— Это жизнь. Это осколок карнавала. Это возможность быть дураком — в самом хорошем смысле слова. И не дать этому исчезнуть.