Лента новостей
Общество4 июля , 11:02

«Пока Тамбов в осаде был, здесь, видимо, ходили отряды Степана Разина». Об археологической экспедиции в окрестностях села Черняное

Фото: Алексей Бучнев

В 1939 году моршанский археолог Пётр Иванов с небольшой экспедицией проводил разведку, сплавляясь по Цне от Тамбова до Моршанска. На ночь останавливались, днём плыли и присматривали любопытные места. В районе посёлка Тихий Угол внимание учёных привлекла дюна, скрывавшая, как оказалось на поверку, подпол усадьбы XVII века и следы древней мордвы.

В 2021 году специалисты ТГУ имени Державина выбрали это место для проведения плановой археологической практики студентов-историков. Совпали, по словам руководителя экспедиции, кандидата исторических наук, археолога Сергея Андреева, сразу несколько необходимых факторов: наличие водного источника (деревенские колодцы), благоприятные условия для жизни неподготовленных людей и интересный памятник.

– Там у нас студенческий городок, – рассказал Сергей Андреев, показывая на палатки среди сосен. – Это шатёр от дождя и солнца. Здесь кухня и столовая, там, подальше, душ, в другой стороне туалет. Совсем по-спартански жить не получилось бы, потому что в числе студентов, которых 20 человек, есть девочки.

В лагере работает ещё один преподаватель, так положено по инструкции. Алексей Топильский отвечает за бытовые вопросы – в частности, в его ведении полевая кухня, на которой готовится овсяная каша, гороховый суп, макароны по-флотски, греется вода для чая. В экспедиции на добровольных началах участвуют несколько старшекурсников. Сопровождают Сергея Андреева и члены его семьи: жена Татьяна помогает по хозяйству, а двое маленьких сыновей набираются впечатлений от жизни в полевых условиях.

Много пыли и земли

У основного состава – студентов-первокурсников – эти впечатления самые разные: тяжело, необычно, грустно, любопытно. Встают рано – из-за жары работать приходится утром с 6 часов и вечером после 5. Спустя час работы – чай, потом до 9 копают, душ, завтрак. В дневное время отдыхают под большим шатром, читают, ходят на речку, обедают. После вечерней работы ужин, отбой в 10.

Продолжительность экспедиции – с 15 по 30 июня. Встреча с археологами была 24 – к этому времени многие студенты, даже просившиеся поначалу домой, уже привыкли к неудобствам, режиму дня и тяжёлой работе. Вот что рассказала о своих впечатлениях первокурсница Валерия:

– Было очень тяжело попасть из комфорта, из города сразу сюда. Когда мы только приехали, вышли из машины, нас насекомые облепили: оводы, комары. Ещё тут бабочки летают. Девочки со мной в палатке живут, они больше всего пауков боятся, хотя пауки не трогают. На комаров сейчас уже тоже не обращаешь особого внимания – сидишь просто так, отмахиваешься.

Сложно, по словам Валерии, находиться на раскопе – по колено в земле, с чёрными ногами, в пыли. Особенно много пыли и земли сыпется, когда отодвигают завал – обычно это делают юноши, а девушки разбирают землю на находки. Иногда девчонкам приходится копать, что тоже тяжело. Несмотря на ранний подъём, очень скоро становится жарко.

Глебу, однокурснику Валерии, испытания даются гораздо проще. Сказывается подготовка: дед и отец у него пасечники.

– Я более адаптирован к лагерной жизни, – говорит Глеб, – ничего сложного в ней нет. Если ты дежурный, притащил воды, нарубил дров, хворост принёс. И можешь, если не очень уставший, пойти помогать своим товарищам на раскопе. Перед работой нас проинструктировали – показали площадь, в процессе говорят, что именно делать: двигать отвал, зачищать второй слой, делать зачистку первого. Ну и некоторые правила поведения в лагере объясняли – там, в лес ночью не ходить, волков не бояться, змей не кусать.

Общение с дикой природой – ещё одна характерная черта нахождения здесь: в окрестностях много ужей, практиканты постоянно с ними фотографируются. В соснах неподалёку от лагеря живут совы. Но самое интересное, волнующее и интригующее в экспедиции, признаются будущие историки, – это всё-таки находки.

На середине пути

Раскоп относится метрах в 150 от лагеря. Участок находится на самой высокой точке холма и поделен на две части, с грунтом потемнее и посветлее.

– Тут была большая усадьба XVII века, – указал археолог Сергей Андреев на тёмный грунт. – Она включала сам дом, пристройки, хозяйственные сооружения – получался большой двор, мы затронули самую его середину. Это подпол, там опорные ямы для столбов. Вскроем ещё часть – архитектура станет более-менее ясна.

Однако уже сейчас можно сказать, что усадьба принадлежала человеку небедному: в ней попадаются серебряные копейки, много нательных крестов, ломаных и целых, найдена пара железных набоек от сапог.

– Может, глава общины религиозной жил, – рассуждает Сергей Андреев. – Река раньше тут была, мы нашли рыбью чешую и кости, то есть люди ловили рыбу. В те времена река – это ещё и путь сообщения, поэтому расположение удобное. Ну и повыше участок: тут, допустим, глава жил, а по тому краю, где сейчас посёлок, могли жить крестьяне.

Среди однотипных находок – крестов, монет и битой керамики – есть и не совсем обычные предметы, например резная бусина, подобных которой Сергей Андреев ещё не встречал. Также археологи нашли наконечники стрел и следы пожара – судя по всему, усадьба сгорела. Согласно рабочей гипотезе, это произошло в 1670 годы, когда здесь промышляли отряды Степана Разина. И бывший Троицко-Цнинский монастырь, до которого по прямой 7-8 километров, и эта усадьба, по-видимому, стали их жертвой.

Ямки и следы очага справа, в песке, связаны с древнемордовской культурой. Сельские поселения мордвы в Тамбовской области, как ни странно, никогда не изучались, поэтому раскоп можно считать уникальным. Небольшая усадебка относится примерно к VII веку, когда мордва продвигалась с севера по Цне и заселяла эту территорию. Позже народ уходил, возвращался и в конце концов ассимилировался с русскими. Находки в этой части – два кремнёвых орудия эпохи мезолита и обломки лепной керамики, характерной для древней мордвы.

– Они всегда лепили, пока не крестились, – поясняет Сергей Андреев. – Как крестились, стали гончарный круг использовать, а до этого только так. Проблема в том, что памятник известен с 39 года, грабили его неоднократно – и любители старины, и чёрные копатели. Если пройтись, тут можно ноги переломать из-за ям. В результате многое безвозвратно потеряно, но что-то осталось и для науки, я думаю, находки ещё будут – пока мы на середине пути.

Каждый раз для проведения исследований археологи оформляют разрешительный документ – открытый лист. Его выдают Институт археологии РАН и Министерство культуры по запросу организации, в данном случае университета. «Незаконные поиск и (или) изъятие археологических предметов из мест залегания» – название одной из статей Уголовного кодекса.

Авторы:Вера Дашкова