Проверено на себе: тамбовская журналистка посетила ипподром и конюшни региона

Так получилось, что этот год был для меня «конным». Не 2026-й, как анонсируется восточным календарём, а именно прошедший. 2025-й подарил мне знакомство с этим удивительным животным и вхождение в его мир: в его историческое прошлое и не менее интересное настоящее. 

Когда-то лошадь была во многих тамбовских хозяйствах, на селе она была просто незаменима, но спустя столетия всё изменилось — и теперь это почти диковинка, особенно для жителей городов. Но я, любительница животных с детства, немало общалась с такими диковинками. Например, обнималась с большим, взрослым медведем в цирке, чтобы сделать фотографию на память, которой теперь горжусь. Почему горжусь? Потому что я не просто аккуратно прикоснулась к шубке медведя, опасаясь за собственную «шубку», а обняла его изо всех сил, как только могла в свои 10 лет, запустив руку в его шерсть и даже немного пощекотав, ожидая от него какой-либо реакции. Да, медведь был в наморднике, но на мои объятия отреагировал — обернулся и пристально посмотрел на дерзкую зрительницу.

Потом был дикобраз, который ел у меня с руки печенья. Енот, который повис на шее. Бабушкины козы, одной из которых однажды при прыжке удалось выбить мне из уха серёжку… 

Когда общаешься с лошадью, кажется, что ты разговариваешь не с животным, а с чем-то бОльшим. С какой-то неизвестной, непонятной тебе умной душой, которой уже очень много лет и которая не может говорить, но знает больше тебя, стоящей напротив. Безусловно, не все лошади такие. Есть те, что буянят в стойле и хотят укусить за пальцы, подающие им сахар. Но и они почему-то не отталкивают. Кажется, что они еще просто очень молоды и хотят баловаться, а ты просто обязана им подыграть, если в тебе есть хоть что-то человеческое.

Всё началось с Тамбовского ипподрома

Минувшим летом мне предложили сходить на Тамбовский ипподром на скачки, а после пойти в конюшню и покормить ее постояльцев. Для меня это было впервые.

Сначала обычная заинтересованность в том, что ты никогда не видела, потом — восторг, когда толпа наездников проносится мимо тебя, особенно если смотришь на забег у бортиков, а не с балкона. Как пролетающий в одну секунду рядом с тобой автомобиль. Только автомобиль «холодный», он оставляет рассеченный воздух и стальной отблеск, а от мчащихся коней исходит тёплый ветер.

Следующий этап — ставки в собственной голове. Кто же придет первым? Кстати, Тамбовский ипподром заранее публикует расписание и участников всех заездов. По номеру лошади можно узнать её имя и краткую информацию о ней. А имена у этих лошадей весьма необычны. Например, «Метод Парето», «Замок Ч.Н»,  «Провинциалка», «Громобой».

Я не угадала с победителем ни разу! Когда присуждала свою пальму первенства, смотрела на мышцы или на габариты. Оказалось, что быстрее всех может оказаться самая «хилая», на неискушенный взгляд, лошадка. Или та, у которой полностью завязаны глаза. Да, про шоры я слышала, но чтобы у лошади во время забега были закрыты полностью и глаза, и уши, я узнала только на ипподроме.

Но особую энергетику несут в себе орловские рысаки. Если я сравнивала мощь и скорость лошадиного забега с автомобилем, то забег рысаков это что-то вроде Формулы-1. Каждый из них — пышущий силами, мощный BMW, а наездник — сумасшедший Шумахер.

Скакуны во время гонки бегут в клочьях густой молочно-желтой пены, перебирая каждой натруженной мышцей, вытягивая играющую желваками шею и оставляя после себя тяжелые клубы пара.

Но чтобы представить забег орловских рысаков, нужно прибавить к этому тройную скорость, а еще гром и тяжесть, о которых раньше писали в народных сказках, когда приближение русских богатырей можно было определить по гулкому конскому топоту. И ржание! Лошадей выжимают на полную силу, им буквально нечем дышать. Бежать молча они просто уже не могут. Время от времени я опасалась, что у кого-то из них сейчас остановится сердце и все мы станем свидетелями напрасной гибели этого красивого существа и уже никогда не сможем себе этого простить. Но товарищи-скакуны, к счастью, умирать не собирались, после финиша еще на нескольких кругах они сбавляли набранную скорость и уже спокойными уходили в конюшню.

После забега каждый желающий может бесплатно посетить конюшню и покормить лошадей. Кстати, посещать скачки тоже предлагают бесплатно, билетов на мероприятие не продают.

Кормить лошадей можно кусковым сахаром, морковкой или яблоком. Но, как показал мой опыт, иногда работники конюшни косо смотрели на тех, кто приносил яблоки и морковь, а вот сахар — всегда приветствовался. При этом тем лошадям, которые участвовали в забегах, больше одного-двух кусочков давать нежелательно — вредит здоровью. После забега лошадей купали, ставили в стойла и накрывали покрывалами.

Слёзы от сахара или от огромной любви

В конюшне Тамбовского ипподрома я, как бы этого ни хотела, нашла любимчика. Им стал конь по имени Зевс. Грозное, могущественное имя. И оно ему подходило — крепкий, упитанный конь темно-коричневого цвета со жгучей черной гривой. Она такая густая, что хватает даже на челку. По лбу у Зевса спускается тонкая, заплетенная человеческими руками косичка. На табличке на двери его стойла под «Зевсом» было подписано второе имя, народное — «Зайчик». «Он очень добрый у нас», — пояснила мне одна из сотрудниц.

Несмотря на то, что Зевс тоже регулярно участвовал в спортивных скачках, весь его образ говорил о том, что он интеллигент и философ. В одно из своих посещений я застала его стоящим крупом к коридору конюшни и смотрящим в окно на заходящее солнце. Взгляд его был задумчив, а поза исполнена умиротворения. И если большинство обитателей конюшни приближалось к гостям в надежде получить что-то вкусненькое, то Зевс просовывал свою морду в форточку ограды, чтобы его просто погладили. Делать это, как выяснилось, можно бесконечно. Лимита нет.

Еще немножко фактов о сахаре. Как мне рассказали сотрудники ипподрома, слишком большое количество сахара может вызвать у лошади обильное слезотечение. И вот как-то раз снова заглянув к Зевсу, я увидела, как из его больших, прекрасных карих глаз уже проложены две длинные дорожки из слёз. Перекормили сахаром, а он не смог удержаться. Я погладила душевного коня и подумала, что слёзы от сахара в этом случае могли бы означать и слезы от незнания посетителей, и от их особой любви к нему…

Что чувствуешь, когда обнимаешь лошадь

После я посетила частную конюшню на территории Тамбовской области. И здесь я впервые получила возможность обнять коня.

Обнимать его можно за шею, стоя прямо перед ним и развернувшись к нему лицом. Экскурсовод сказала, что только обнявшись с лошадью можно понять ее суть и услышать собственную тишину.  И она оказалась права.

Несколько минут я простояла в молчаливых объятиях с лошадью, плотно обхватив ее шею руками и прижавшись к ней лицом. Когда обнимаешь лошадь, чувствуешь ее очень теплую кожу, под которой и ощущаешь, и в буквальном смысле слышишь это, ворочается огромная, сидящая у нее внутри сила. В этот момент эту силу можно не только предполагать — ее можно почувствовать. И при этом ровное лошадиное дыхание, спокойное, совершенно миролюбивое.

Кстати, здесь же, на частной конюшне я узнала историю поговорки «Еще конь не валялся». Она тоже идет из трудового прошлого коней.

Наши предки перед тем, как выйти на работы в поле, давали коню после сна размяться на траве. Лошадь выходила из стойла, ложилась на спину и кувыркалась. А потом уже шла пахать. Выражение «еще конь не валялся» означало, что крестьянин еще не вывел свою лошадь на разминку, и уж тем более не приступил к работе. Впрочем, это лишь одна из версий.

Затем в рамках интерактива нам предложили вынуть из коробки приспособления, которыми ухаживают за лошадью — по принципу «что кому достанется». Мне, как той, что пыталась вывести на эмоции бурого медведя еще в 10 лет, в мои 27 досталась щетка с крючком для чистки копыт.

Да, признаюсь, это было страшно. Однако этим регулярно занимаются все работники конюшни — нужно просто соблюдать технику. Лошадь привязывают с двух сторон, чтобы она не имела свободы движений. Затем становятся у передней правой ноги сбоку от лошади. Ноги ее устроены так, что передними копытами она не сможет ударить в бок, только — прямо. Затем берем лошадиную ногу — она очень тяжелая — сгибаем в колене, подхватываем колено локтем — так, как будто кладем колено лошади себе на руку, и приступаем к чистке. 

Мне повезло, и моя лошадь была крайне лояльна ко мне, ни разу не выразив недовольства. Но все же. Не знаю, как конюхи рискуют чистить задние копыта…