Мой дед Василий

« Трудовая слава »
15
от
Среда, 8 апреля, 2015 (Весь день)
1020
https://top68.ru/sites/default/files/styles/768x474/public/article-images/2015/04/08/top68.ru-moi-ded-vasilii-53475.jpg?itok=Ei-iWDDu

Мой дед Василий Яковлевич Мануйлов, а попросту в селе его звали дед Манул, прожил 80 лет (родился в конце 19-го века, умер во второй половине 20-го). Годы его жизни совпали с бурными событиями, происходившими в ту пору в нашей стране: 1-я Мировая, Гражданская и Великая Отечественная войны, коллективизация, непростые сталинские времена… О многом он мог бы рассказать, если бы я попросил его об этом. Но в детстве лапта, салки, прятки и прочие игры со сверстниками заполняли мои дни. В юности другие увлечения занимали весь досуг: прогулки, «…любовь, закаты, переулки...». И вдруг произошло страшное событие в семье - дедушки не стало. Теперь только я спохватился: почему же так мало разговаривал с ним. Молодым мысли о смерти не приходят в голову, и мне тогда казалось, что дедушка и бабушка будут с нами всегда.

В памяти остались какие-то обрывочные воспоминания о некоторых фактах из его жизни. Например, во время 1-й Мировой войны он служил в кавалерии и обучал выездке лошадей для кавалеристов. Там же сам обучился западным танцам, и на семейных празднествах удивлял своими умениями как молодых, так и пожилых женщин. А чтобы не сбиться с ритма, во время того или другого танца напевал песенки: например, краковяк - «Почему я лысый, без волос остался? Потому что рано с барышнями знался»;  или падеспань - «Жена мужа на фронт провожала, насушила ему сухарей, а сама потихоньку шептала: уезжал бы ты, черт, поскорей!». 

Помню, как в детстве показывал нам приемы владения шашкой, копьём. Вместо копья брал длинную жердь и такие выкрутасы проделывал, что иному жонглёру не под силу повторить такое! 

Ещё хочу отметить, что дедушка обладал незаурядной памятью: родословную всех жителей Павловки знал чуть ли не до седьмого колена. Этому я сам свидетель. Когда мы переехали жить в Кариан-Строганово, у нас по той или другой нужде останавливались земляки: кто-то встречал родственников, а до прихода поезда оставалось много времени; кому-то надо было уезжать либо рано утром, либо поздно вечером и т.п. Коротали время за беседами, воспоминаниями. Во время разговора выяснялось, что дед об этом человеке и его семье знает гораздо больше, чем тот сам о себе. 

Ещё вспоминаю, как много он курил. Курил самосад, поэтому сам выращивал табак. Но у нас с братом он отбил охоту к этой дурной привычке, проведя нехитрый эксперимент. Как-то во время отлучки родителей достал свою заветную баночку из-под леденцов: там хранились табак и сложенная гармошкой газета. Очень ловко оторвал полоски и показал, как надо скрутить папиросу или «козью ножку», как правильно набить их табаком. Потом предложил прикурить изготовленные изделия. Что же тут было! Дым из нас валил через все отверстия вместе с кашлем, икотой и прочими извержениями протестующего организма. 

Когда оставался с нами один, варил к обеду кашу-сливуху, потому что готовилась она быстро: наливал воды в чугун, запускал пшено и картошку, заправлял салом. Потом сливал бульон – это первое блюдо, а гуща служила вторым. Таким образом, получалось два блюда в одном чугуне. К слову сказать, за три войны дед не получил ни одного ранения, а в пожилом уже возрасте произошла закупорка сосудов, и ему ампутировали ногу выше колена. Но и в таком состоянии он без дела не сидел: латал валенки, нашивая кожаные заплатки на пятки и подошвы, пилил дрова, собирал старые гвозди, выпрямлял молотком на наковальне, сортировал по размеру и раскладывал по жестяным консервным баночкам. Соорудив себе какое-то сиденье, потихоньку перекапывал землю в огороде. Но больше всего любил гнать самогон к праздникам. Когда брага из свёклы подходила, он начинал собирать аппарат, составляющие части которого (корыто, змеевик, нахлюпка – чугун без дна) находились в разных углах сарая, чтобы участковый, не приведи Господи, не нашёл во время обыска. Гнать начинал в ненастную погоду поздно вечером, чтобы никто из соседей не увидел дыма из трубы во внеурочное время и не догадался о его занятии. Выход продукции, с его слов, всегда был плохой: вместо семи литров почему-то получалось всего пять (потому что два в заначке) Зато потом дед несколько дней пребывал в весёлом расположении духа.

Вот и всё, что я смог вспомнить. А ведь биография его была очень интересной. Ах, если бы сейчас… Если бы… Если бы…

Прав поэт (имени не помню), который сказал: «Порой мы тех людей не ценим, которых видим каждый день».
 

Автор: 
Валерий АНТОНОВ
Читайте также:
Наверх