О коллегах-фронтовиках с благодарностью

« Сосновское слово »
11
от
Среда, 11 марта, 2015 (Весь день)
1531
https://top68.ru/sites/default/files/styles/768x474/public/article-images/2015/03/11/top68.ru-o-kollegakh-frontovikakh-s-blagodarnostyu-52576.jpg?itok=Q8-4TxeW
Мне довелось начать свою учительскую деятельность в большом коллективе педагогов (более 40 человек) тогда ещё Подлесной 8-летней школы. Люди разных поколений и, конечно, бывшие фронтовики. Им было тогда лет по 50, а кому и меньше. Страна только что отпраздновала 25-ую  годовщину Победы, и они ещё не так давно пришли из «свинцовых, пороховых сороковых».  Но ни я, ни мои сверстники не задумывались тогда, что когда-то эти, так много пережившие люди,   уйдут из жизни, их не станет рядом. И с беспечностью молодости не проявляли должного интереса к их военному прошлому, а сами они о юности, опалённой войной, говорили мало. Всё-таки, как сказал Пушкин, «мы ленивы и не любопытны».
Поэтому пишу только, какими я их запомнила уже в мирной жизни. Так сказать,  штрихи к портретам.
 
Я запомнила вас такими
 
На работу меня принимал директор, участник войны Фёдор Краснослободцев. Человек абсолютной честности, порядочности, пунктуальности, но при этом не строгий. Однако работать с ним пришлось очень мало. Вскоре Фёдор Михайлович заболел, и в весенние каникулы скончался. Помню, я сидела и подписывала траурные ленты на многочисленных венках. Хоронило Фёдора Михайловича всё село, прибыли представители районной власти. И тут только по-настоящему  осознала, какой значительный человек прошёл мимо меня.
После Фёдора Михайловича директором школы был назначен Пётр Бердников, тоже фронтовик из Липецкой области. Но задержался у нас недолго, не прижился в нашем коллективе. Кто виноват? Да, наверное, все мы, и теперь не даёт покоя чувство вины. Только с годами поняла, какая это для него была трагедия. Прошедший войну глава большого семейства в возрасте, близком к пенсионному,  вынужден был уехать неизвестно куда. 
С 75-го по 78-ые годы школу нашу возглавлял также фронтовик Александр Воздвиженский. Он вел уроки русского языка и был хорошим методистом, многому мог научить. Но опять же ненадолго задержался у нас, был переведен в район. 
И вот наконец-то нашим директором стала Клавдия Баранова, женщина, прошедшая войну. «У войны не женское лицо», а она сумела,  пройдя через этот ад,  сохранить в себе и женственность и человечность. Последние десятилетия Клавдия Федоровна жила ожиданиями встреч с однополчанами. То в Киеве, то в Харькове, то во Львове – там, где проходили их фронтовые дороги. Она готовилась к этому  задолго, каждый раз обязательно шила новый костюм, советовалась со мной, наряд  должен был быть  и красивым,  и соответствующим событию. Скорее всего, Клавдия Федоровна и была организатором этих встреч, вела активную переписку с однополчанами. Помню, что некоторым своим фронтовым подругам она помогла вернуть доброе имя, утраченное в годы войны (они  скоропалительно были  обвинены в предательстве). Видела бы Клавдия Федоровна, что творится сегодня на Украине!
Она умерла в 80 лет, но никто не видел ее дряхлой старухой. Внутренний стержень сохранила в себе до конца дней. О фронтовой юности она вспоминала охотно, наверно, это давало ей силы жить.
 А вот с именем Ивана Чепрасова связана вся спортивная слава школы. Это он заложил здесь спортивные традиции, которые продолжил Александр Юдаков, а сейчас – Анатолий Истомин, ученик Ивана Николаевича.
Когда-то школа наша была большой по численности учеников, а уроки физкультуры проводились в коридоре, где скудные спортивные снаряды находились рядом с корзинками с торфом для печей. Но бедности и неудобств никто тогда не замечал, зато были человеческие отношения, интерес к делу.
Я помню глаза Ивана Николаевича, синие, глубокие. Казалось, он видит тебя изнутри, но свои наблюдения выдавал не сразу.
Как мы все любили праздники в школе, когда собирались коллеги всех поколений. Умению ценить жизнь во всех проявлениях, веселиться от души  мы также учились  у них, бывших фронтовиков, сами того не  сознавая.
А каким интересным человеком был Леонид Раннев. С какой теплотой вспоминают о нем его бывшие ученики, теперь уже люди очень зрелого возраста. Как превосходно он преподавал физику! Как увлекал детей радиотехникой. Каким был интеллигентным, тактичным, мягким человеком.
Незаменимым человеком был у нас учитель трудового обучения и завхоз Сергей Капичников, фронтовая биография которого несомненно заслуживала внимания. Но он об этом больше молчал, зато был удивительным рассказчиком баек о рыбалке и охоте.
 
Воспоминания сына
 
А вот о фронтовой жизни Ильи Тишкова у меня есть подробные факты, которыми, к счастью, поделился его сын, который живет сейчас в Кирсанове. Предлагаю читателям отрывок из его записей об отце. 
«Отец до войны закончил педучилище в поселке Новиково, а осенью 1940 был призван в армию. Попал служить на Черноморский флот, на остров Березань. Это в устье  Днепро-Бугского лимана, который известен в истории как место сбора славян перед походом в Византию. Служил на канонерских лодках артиллеристом. С начала Великой Отечественной войны оборонял Одессу, которая была окружена румынскими частями. В июле был подготовлен морской десант для расширения плацдарма, несколько тысяч солдат погрузили на корабли и вспомогательные суда, но на переходе немецкие торпедоносцы потопили эсминец «Фрунзе». Сотни людей оказались в воде среди мазута и обломков. Суда шли мимо, оттуда бросали спасательные пояса, брать тонущих людей было некуда и некогда. Отец плакал, когда вспоминал этот ужас.
Потом эвакуация из Одессы военных, совработников,  семей, архивов и большого количества раненых.  При этом авиация немцев висела в воздухе, и во время одного из переходов они  потопили нашу канонерскую лодку недалеко от западного берега Крыма. Спасся отец и комиссар, у которого была сломана рука. Однако они за ночь доплыли до берега. (Отец потом и научил меня и брата хорошо плавать и лежать на воде).
В Севастополе из флотских экипажей были сформированы две бригады морской пехоты. Отец  был во второй. В конце ноября при обороне Севастополя на Сапун-горе он был тяжело ранен осколком бомбы. Друзья после боя отнесли его на подводную лодку, которая отвезла в порт Поти. Он оказался в госпитале города Телави, в Грузии. После лечения полгода находился в отпуске дома, затем снова на фронт,  в артбригаду.
К счастью, командиром батареи был капитан из Тамбова. И он опекал моего отца, который был его единственным земляком. Заставлял, например,  пить еловый отвар вместо витаминов. Однажды приехали покупатели, чтобы отобрать кандидатов на ускоренные офицерские курсы, но комбат заставил отца сказать, что у него всего  четырёхклассное образование. Это чтоб его не взяли, но отец потом всегда переживал, что солгал,  говорил: «Я, может, живу чужую жизнь». 
Воевал потом под Выборгом,  затем в 1943-ем году на правом фланге огромной Курской дуги. Мценск, Карачев, Брянск, Белоруссия, Пруссия, Кенигсберг, Польша. Демобилизовался в 1946-ом. 
Он был совестливый и добрый человек. Для меня и брата Саши – образец нравственности, честности. Мы его очень любили.  О войне отец  говорил неохотно, и только после трёхсот граммов водки. В батарее он был артиллерийский разведчик, то есть корректировал артогонь. Это точки, откуда просматривалась местность. Ему посчастливилось остаться в живых, а вот его товарищам везло меньше. Однажды в землянке ночью у одного из солдат взорвалась граната. Он всегда её носил на поясе, был евреем и очень боялся немецкого плена. Из четверых, находившихся  в землянке, папа один остался живым, но левым ухом с тех пор не слышал. Он был награждён двумя Орденами Красной Звезды  и пятью медалями.
После войны работал учителем истории, заочно окончил Тамбовский пединститут. Избирался секретарём  партийной организации школы, но во времена богоборчества при Хрущеве не дал снять бабушкины иконы, что было реальной угрозой для  его карьеры.
Папа всегда много трудился, любил возиться на земле. Построил дом, посадил сад.  В молодые годы любил рыбачить на Челновой, на пенсии завел пчел, вывозил ульи в поле с друзьями. Все Тишковы, братья Илья, Алексей, Петр и их сестра Варя жили дружно. Они честно прошли и прожили ту страшную войну, и лишь Василий не вернулся. Он служил танкистом, обгорел в танке на Курской дуге и умер в госпитале».
 
 ***
Вот такие у меня были коллеги в молодости, мои наставники, о которых я всегда с благодарностью вспоминаю. И думаю, те мои сверстники, кого в начале жизненного пути судьба свела работать в коллективе Подлесной школы с бывшими фронтовиками, испытывают такие  же чувства.  
Автор: 
учитель
Татьяна Тишкова
село Подлесное
Читайте также:
Наверх