/images/banners/1120_180_1.jpg

Поломанные судьбы, разбитые надежды...

« Сельские зори »
44
от
Среда, 29 октября, 2014 (Весь день)
813
https://top68.ru/sites/default/files/styles/768x474/public/article-images/2014/10/29/top68.ru-polomannye-sudby-razbitye-nadezhdy-44857.jpg?itok=3ugplnuU

С каждым годом наших соотечественников, которым пришлось испытать  ужасы сталинских застенков, становится всё меньше. Но сколько бы времени ни прошло, мы не имеем права забыть о сотнях тысяч загубленных жизней  – женщин, мужчин, стариков, детей.

В нашем районе проживает Нина Никитовна Широватова, уроженка Оренбургской области 1937 года рождения, которая на основании ст. 2 – 1 Закона Российской Федерации” О реабилитации жертв политических репрессий” признана пострадавшей от ужасов сталинизма. В соответствии со ст. 1 – 1 этого закона и определением Конституционного Суда Российской Федерации от 18. 04. 2000 № 103 – 0 Широватова Нина Никитовна как оставшаяся в несовершеннолетнем возрасте без попечения отца, необоснованно репрессированного по политическим мотивам, признана подвергшейся политическим репрессиям и реабилитирована. За этими казёнными словами – исковерканная жизнь самой обычной семьи.

Из воспоминаний Нины Никитовны: “Когда пришли за папой, мне было всего три месяца, а брату два года. Мама тогда трудилась рабочей на элеваторе, а папа был проводником рабочего поезда на железной дороге. Как мне рассказывала мама, на отца написали донос, что он якобы распространял листовки с критикой советской власти. От семьи сразу отвернулись все: родственники, знакомые, соседи. А мой папа, Никита Павлович Шевченко 1909 года рождения, был объявлен врагом народа. Маму выгнали с работы, отобрали хлебные карточки, а когда пришли проводить конфискацию имущества, то забрали два полушубка (мамин и папин) и валенки. Жили мы в землянке, больше брать было нечего. А тут ещё косые взгляды односельчан, никто не здоровается, знакомые опускают глаза, проходя мимо, делая вид, что они нас не знают. Меня мама отправляет в Белоруссию к своим родителям, а сама меняет фамилию. Воссоединились мы лишь тогда, когда мне исполнилось двенадцать лет”.

Многие годы Нина Никитовна пыталась узнать о судьбе отца. В семье знали, что он не виноват, пострадал в результате доноса. Она писала письма в КГБ, прокуратуру, пока в 1995 году газета “Красная звезда“ не опубликовала списки жертв политических репрессий. Немного позднее, в 1997 году, Нина Никитовна получила справку о его реабилитации. Но самым важным делом всей своей жизни Нина Никитовна считает поиски места захоронения своего отца. В 1999 году она выезжает в Оренбургскую область, где выясняет, что рядом с тюрьмой, в берёзовой роще были массовые захоронения расстрелянных в 1937 году. Перед ней - стройные ряды берёз, молча хранящих страшную тайну. Маркером на коре дерева Нина Никитовна пишет фамилию и имя отца, даты рождения и смерти. Только через пять лет на том месте были установлены крест и ограда.

Предпоследний день октября - это день, когда мы должны не просто сострадать жертвам политического произвола, но и понимать, что зло, пришедшее через их палачей, может вернуться в мир - если наши сердца не будут каждый раз вставать против несправедливости.

Автор: 
Татьяна Черникова
Читайте также:
Наверх