/images/banners/1120_180_1.jpg

Такой разный Новый год

« Трудовая слава »
52
от
Среда, 24 декабря, 2014 (Весь день)
735
https://top68.ru/sites/default/files/styles/768x474/public/article-images/2014/12/24/top68.ru-takoi-raznyi-novyi-god-47915.jpg?itok=G894rqjD
  Спроси у любого встречного, с чем у него ассоциируется новогодний праздник, и почти наверняка услышишь: с Дедом Морозом, Снегурочкой, подарками, фейерверком, шампанским, праздничным «огоньком», каникулами, боем курантов… И, конечно же, наряженной елкой! 
  Действительно, сегодня трудно представить новогоднюю ночь без перечисленных выше атрибутов одного из самых любимых и массовых праздников в России. И совсем немногие еще помнят то время, когда было иначе… 
  Листая подшивки минувших лет, мы обратили внимание на материал, опубликованный в последнем номере «Трудовой славы» за 2007 год, в котором свои воспоминания нам и всем сампурцам подарил ныне ушедший из жизни ветеран Великой Отечественной и русско-японской войн, многолетний почитатель и внештатный автор «районки» Владимир Леонидович Яхонтов.
Человек удивительной судьбы, он прошел фронтовыми дорогами пол-Европы, закончив войну (точнее, войны) на земле легендарного Порт-Артура. 
  Знакомство Владимира Леонидовича с журналистикой состоялось именно тогда, в суровые военные годы, когда во фронтовой газете появилась первая небольшая заметка красноармейца Яхонтова. 
  За пролетевшие с этого момента десятилетия в газете «Социалистический труд», а затем и «Трудовой славе» их было много - о великой войне, проблемах и достижениях, о передовиках и отстающих, о новаторствах и мешающих двигаться вперед пережитках прошлого.
  Однажды, готовя праздничный номер, мы задали ему вопрос: «А как встречало Новый год ваше поколение?» И через пару дней получили от ветерана прекрасный и, как оказалось, прощальный подарок - ученическую, исписанную неровным (Владимир Леонидович уже был очень болен) почерком тетрадку. Бесценное свидетельство стремительно убегающего времени, которое, попав на страницы «Трудовой славы», стало своеобразным обелиском, памятником как лично автору, так и целой эпохе.
  Сегодня, в канун 70-летия Великой Победы, мы вновь предлагаем вашему вниманию этот увлекательный рассказ, как дань светлой памяти и признательности всем, кто сохранил, кто завоевал для нас право на этот веселый, хлебосольный, мирный новогодний праздник…
 
Мы новый мир построим
 
  Октябрьская революция 1917 года взломала льды старого уклада жизни, кроша и оставляя за кормой не только плохое, но и хорошее. Как ненужный мусор, забросили в чулан истории любимый и детворой, и взрослыми новогодний праздник с его главными атрибутами: елкой, свечами, цепями (гирляндами) и игрушками.
  В моду вошла другая, с речами о мировой революции, стройках и пятилетках, встреча грядущего года. Тех, кто по старорежимному приносил в дом елку, конечно, не расстреливали и не сажали в тюрьму, но… Несознательных граждан всячески высмеивали, «перековывая» на революционный лад словами: «Зачем рубить дерево для увеселения, если из него, когда вырастет, могут изготовить добрый десяток прикладов для оружия пролетариата». 
  И еще добавляли одновременно укоризненно и сочувственно: «Глупый, зачем ты ее цепями, пусть всего лишь из картона, опутал? Они же - символ порабощения, который мы в 1917-м, разорвав, сбросили». 
  Но в нашей семье елка все же была и в те годы! Прошедший сквозь пламя Первой мировой войны отец на всю жизнь сохранил в своем сердце воспоминания детства. А рос он в дворовых помещичьего дома, одного из многих в городе Усмань. 
  Навсегда заворожила тогда паренька светлая магия новогоднего праздника с елкой, плюшевыми игрушками, свечами, сладостями, игрой в снежки и веселым детским смехом. И так велика была ее сила, что не побоялся отец поделиться ею со своими детьми - со мной и братом. 
  Упрямо из года в год приносил он в наш не блещущий богатством домик пушистую лесную красавицу, терпкий хвойный запах которой никогда не выветрится… нет, не из легких - из моего сердца, моей души!..
 
Подарок Сталина
 
  Я уже учился в классе третьем, когда - впервые! - в школьном зале вытянулась под потолок красавица - елка (скорее всего, это произошло в 1935 году - Прим. ред.).
  Для взрослых это было началом жутких, расстрельных лет. Мы же, детвора, не подозревая о репрессиях, ГУЛАГе и прочих реалиях тридцатых годов, безумно радовались празднику, вернувшемуся по указанию сверху на просторы рабоче-крестьянского государства, именуемого СССР. 
  Семья наша в ту пору жила в одном из домов схожей с Сатинкой станции Графская. В декабре, уже не таясь, мы вновь поставили елку и приступили к довольно затяжному процессу ее украшения. 
  Заводских игрушек по вполне понятным причинам не было. Вот и брались мы с азартом за ножницы, кропотливо сооружая из попавшихся под руку спичечных коробков, катушек из-под ниток, бумаги или картона гирлянды, игрушки в виде зверей, птиц, грибов… Всего, что подсказывала наша фантазия.
  На елочные ветки подвешивали фруктовый чай и, в лучшем случае, немного простеньких конфет. Они и были нашей единственной гастрономической радостью на Новый год.
Зато много было игр на воздухе! Снежки, штурм ледяных крепостей, лепка озорных снеговиков… Это тоже было частью веселых новогодних дней.
  В школе елка была, конечно, красивее. Богато осыпанная снегом-ватой, с горящими на ветвях свечами, она казалась нам пришелицей из мира сказки. Да собственно таковой и была! 
Тогда же, при таинственных отблесках свечного пламени, под елкой стали разыгрывать сценки, участниками которых непременно были Дед Мороз, Снегурочка, сказочные персонажи, исполнявшие хором новогоднюю песню «В лесу родилась елочка». 
  Подарки… Свой первый пакетик со сладостями - не от родителей, а от завода, где работал отец - я тоже получил у елки.
 
На войне  как на войне
 
  Взявшись за написание этих новогодних воспоминаний, дошел по тропинке памяти до 1941 года и понял: дальше, собственно, писать мне нечего. Война… Страшное тревожное время, когда миллионы людей сверх всяких сил трудились в тылу, проливали пот и кровь на фронтах. 
  Очень тяжелые это были дни. Признаюсь честно: ни одного новогоднего дня или ночи не отложилось в моей памяти. Скорее всего потому, что дни эти практически ничем не отличались от фронтовых будней. 
  Хотя, конечно, было построение, поздравления командира, пожелания скорее разбить коварного врага. Кашевары, когда была такая возможность, разнообразили меню, варя нам, артиллеристам, вместо будничной перловки кашу повкуснее, сдабривая ее тушенкой или рыбой. В землянках поднимали мы наркомовские 100 граммов - за Победу! 
  Позднее, уже после разгрома Японии, когда часть квартировала в Порт-Артуре, встреча Нового года проходила с подобающей мирному времени торжественностью. В полковой столовой стояла елка, играл духовой оркестр. Поднимали мы и тосты - за Родину, за Сталина, так как вплоть до 1947 года солдатам выдавали по праздникам спиртное.
 
Праздничные  будни
 
  Мирные пятидесятые… Воспоминания о том голодном, до предела заполненном трудовыми буднями, но почему-то таком счастливом времени до сих пор волнуют душу. У нас не было нарядов, и ели мы не всегда досыта, работали очень много, но… были при этом удивительно счастливы! Счастливы жить и любить за себя и за тех, кто не долюбил и не дожил. Такими же были и праздники - веселые, наполненные песнями, танцами и жизнерадостным смехом. 
  Вот как, например, мы встречали Новый год (был это один из 60-х годов XX века) в бытность моей работы в школе механизации №5.
  …Подготовка к празднику начиналась загодя и велась под бдительным оком профсоюза. Помимо денег каждый вносил и свою продуктовую лепту. Из погребов доставались соленья и варенья. Обязательным украшением стола были винегрет, картофельное пюре с мясом, котлеты. Спиртное тоже припасалось заранее, строго пропорционально числу участников застолья. 
  Гуляли до 1-2 часов ночи. Пели популярные песни, танцевали. Танцевальную часть праздника обеспечивал проигрыватель, причем каждый старался принести из дома виниловые пластинки с любимыми исполнителями. 
  Наевшись и натанцевавшись до упаду, люди, едва добравшись до подушек, мгновенно засыпали, чтобы уже через несколько часов проснуться. Многим из них надо было идти на работу.
 
Автор: 
Наш корр.
Читайте также:
Наверх