Великая Божественная тайна

« Староюрьевская ... »
4
от
Среда, 19 января, 2011 (Весь день)
654

 

Крещение, или Богоявление, празднуется Православной Церковью 19 января по новому стилю. Накануне праздника, 18 января, установлен строгий пост.

Праздник Крещения Господня - один из самых древних праздников христианской Церкви. Его установление относится еще ко временам апостолов. Древнее название праздника - «Епифания» - явление, или «Теофания» - Богоявление, также его называли «праздник Светов», «Святые Светы» или просто «Светы». Ибо Бог приходит в мир в этот день, чтобы явить миру Свет Неприступный.

Все четыре Евангелия свидетельствуют об этом.

«И было в те дни, пришел Иисус из Назарета Галилейского и крестился от Иоанна в Иордане. И когда выходил из воды, тотчас увидел Иоанн разверзающиеся небеса и Духа, как голубя, сходящего на Него. И глас был с небес: «Ты Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение» (Мк. 1,9-11).

Слово «крещаю», «крещу» в переводе с греческого означает «погружаю в воду». Нельзя понять смысла и важности крещения, не уяснив прежде символического и реального значения воды в Ветхом Завете. Вода - начало жизни. Именно из воды, оплодотворенной животворящим Духом, произойдут все живые существа. Где нет воды - там пустыня. Но вода же может и разрушать, и уничтожать - как водою великого потопа Бог залил грехи и разрушил зло человеческое.

В память того, что Спаситель Своим Крещением освятил воду, бывает водосвятие; накануне праздника вода освящается в храмах, в самый же праздник Богоявления - в реках или других местах, где берут воду. Крестным ходом на Иордан называется шествие для освящения природных водоемов.

Крещение Иоанново было символическим и означало, что, как тело омывается и очищается водою, так и душа человека, кающегося и уверовавшего в Спасителя, будет очищена от всех грехов Христом. Сам Иоанн восклицал: «Идет за мною Сильнейший меня, у Которого я не достоин, наклонившись, развязать ремень обуви Его; я крестил вас водою, а Он будет крестить вас Духом Святым» (Мк. 1, 7-8).

И вот к нему приходит Иисус из Назарета. Иоанн, считая себя недостойным крестить Иисуса, стал удерживать Его, говоря: «Мне надобно креститься от Тебя, и Ты ли приходишь ко мне?». Но Иисус сказал ему в ответ: «Оставь теперь; ибо так надлежит нам исполнить всякую правду» (Мф. 3, 14-15).

После Крещения Христа крещение для людей уже не просто символ очищения. Здесь Иисус явил Себя миру как Христос, Сын Божий. «Я видел, я свидетельствую: Он - Избранник Божий», - подтверждает Иоанн Креститель. («Мессия» по-еврейски - то же, что по-гречески «Христос», то есть «Помазанник Божий»). Богоявление открыло нам великую Божественную тайну Святой Троицы. Теперь каждый окрещающийся приобщается этой тайне, по словам Христа к Своим ученикам, «Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа» (Мф. 28, 19).

 

Крещение

(Отрывок из романа И. Шмелева «Лето Господне»)

 

Роман «Лето Господне» по праву можно назвать одной из вершин позднего творчества Ивана Сергеевича Шмелева (1873 - 1950). Страница за страницей читателю открывается удивительный мир простого русского человека, вся жизнь которого проникнута духом Христовым, освящена Святой Церковью, согрета теплой, по-детски простой и глубокой верой.

«Лето Господне» (1927 - 1948) является самым известным произведением автора. Обращаясь к годам детства, Шмелев запечатлевает в романе мировосприятие ребенка, принявшего в свое сердце Бога. В «Лете Господнем» чрезвычайно полно и глубоко воссоздан церковно-религиозный пласт народной жизни. Смысл и красота православных праздников, обрядов, обычаев, остающихся неизменными из века в век, раскрыт настолько ярко и талантливо, что это произведение  стало подлинной энциклопедией жизни русского православного человека.

 

Я сколупываю со стекол  льдинки. Все запушило инеем. Бревна  сараев  и  амбара совсем  седые. Вбитые  костыли  и гвозди,  петли творил и скобы, кажется  мне,  из  снега.  Бельевые  веревки запушились, и все-то ярко - и снежная ветка на скворешне, и даже паутинка в дыре сарая - будто из снежных ниток.

Невысокое солнце светит на  лесенку  амбара, по  которой  взбегают плотники. Вытаскивают «ердань» - балясины  и шатер с крестами - и валят в сани, чтобы везти на Москву-реку. Все в толстых полушубках, прыгают в валенках, шлепают рукавицами с мороза, сдирают с усов сосульки. И через стекла слышно, как  хлопают  гулко  доски, скрипит  снежок…

…Впервые везут  меня  на  ердань,  смотреть.  Потеплело,  морозу  только пятнадцать градусов. Мы с отцом едем  на беговых,  наши - на выездных санях. С Каменного моста видно  на снегу  черную толпу,  против Тайницкой Башни. Отец спрашивает: «Хороша ердань наша?». Очень хороша. На расчищенном синеватом льду стоит  на четырех столбиках, обвитых елкой, серебряная  беседка  под золотым крестом. Под ней -  прорубленная во льду ердань. Отец сводит меня на лед и ставит  на ледяную  глыбу, чтобы  получше видеть. Из-под Кремлевской стены, розовато-седой с морозу, несут иконы, кресты, хоругви, и выходят серебряные священники, много-много. В солнышке все блестит - и ризы, и иконы, и золотые куличики архиереев - митры. Долго выходят из-под Кремля священники светлой лентой и голубые певчие.  Валит за  ними по сугробам великая черная толпа, поют молитвы, гудят  из Кремля колокола.  Не видно,  что у  ердани,  только доносится пение да выкрик протодиакона. Говорят: «Погружают крест!». Слышу знакомое «Во Иорда-а-не...  крещающуся  Тебе, Господи-и...», и вдруг грохает из пушки. Отец кричит: «Пушки, гляди,  палят!»  и  указывает на башню. Прыгают из зубцов черные клубы дыма, и из них молнии... и - ба-бах!..

И радостно, и страшно. Крестный ход уходит назад под стены. Стреляют долго.

Отец подводит меня к избушке, из которой идет дымок: это теплушка наша, совсем  около ердани.  И я вижу такое странное... бегут голые по соломке!

Узнаю  Горкина  с  простынкой, Федю-бараночника, потом  Павел  Ермолаич, огородник, хромой старичок какой-то и еще незнакомые... Отец  тащит меня к ердани. Горкин, худой и желтый, как мученик, ребрышки все видать, прыгает со ступеньки в прорубь, выскакивает и окунается, и  опять... а за ним еще,  с уханьем. Антон Кудрявый подбегает с лоскутным одеялом, другие плотники тащат Горкина из воды, Антон накрывает   его одеялом и рысью несет в теплушку,  как куколку. «Окрестился, -  весело  говорит  отец. -  Трите  его суконкой,  да покрепче!»…

Автор: 
Соб. инф.
Читайте также:
Наверх