Снится мне деревня...

« Голос хлебороба »
49
от
Среда, 3 декабря, 2014 (Весь день)
1727

Малая родина - место, где все начиналось. Здесь все было впервые: первое слово, первый шаг, первая любовь…  И где бы мы ни родились – в мегаполисе, в провинциальном городе или в затерянной на огромных просторах страны маленькой деревушке, на протяжении всей жизни эта земля будет притягивать как магнит.

Точка на карте района
Для меня таким милым уголком огромной России было и остается село Ивановка – моя маленькая, но исполненная природного очарования родина, где пахнет детством и мамиными пирожками. Село с не уникальным названием для Тамбовщины, всего лишь незаметная точка на карте района. Здесь среди тенистых садов жили мои предки. Они трудились на земле, строили дома, растили детей. Отсюда в тяжелейшие для страны годы Великой Отечественной войны уходили на фронт мои земляки и сюда, к родным лугам и пашням, возвращались после тяжелых боев, чтобы, несмотря на полученные ранения, поднимать разрушенное хозяйство и дать изголодавшемуся за военное лихолетье народу такой желанный хлеб. Исполнив до конца свое предназначение, на сельском кладбище нашли они последний приют.
Раскинувшись по обоим  берегам некогда полноводной реки Вяжли, все лето Ивановка утопает в зелени, а зимой снег бережно укрывает ее узенькие извилистые улицы и закоулки, носящие порой странные старинные названия: Лобановка, Хоревка, Исаевка, Татьяновка… Каково их происхождение и кто родоначальник столь странных наименований? Для меня этот вопрос так и остался без ответа. Их употребление настолько привычно для сельчан, что любые попытки переименования остаются лишь на бумаге. Лобановка никак не хочет становиться улицей Садовой, а улица Верхняя до сих пор в народе зовется по старинке Верховкой.
Через все село мимо заросших ивняком берегов тихо и размеренно несет свои воды Вяжля. С виду спокойная, неторопливая, местами обмельчавшая так, что летом даже маленькому ребенку под силу перейти ее вброд, и совсем неузнаваемая в пору весеннего паводка. Она будто вспоминает былую мощь и выходит из берегов, затапливая прибрежные участки. Глядя с расположенного высоко над рекой перехода, середина которого в разлив обычно погружается в воду, вспоминаются рассказы бабушки о том, что в прежние времена вышедшая из своего русла река заливала даже улицы, так что приходилось передвигаться на лодках. Сегодня максимальному ущербу подвергается лишь мост через Вяжлю, который приходится восстанавливать чуть ли не ежегодно.
За селом большая часть местности изрезана оврагами. Один из самых глубоких носит название Барсучий яр (Барсучье). Любимое место ивановских школьников, где они частенько бывали на экскурсиях. В зимний период – настоящее раздолье для лыжных спусков.
На правой стороне долины реки Вяжля овражистый участок Орловка – место выпаса коров, а раньше и овец. В сезон здесь можно набрать земляники и луговых опят. По рассказам жителей в далекие времена в этих местах росли крепкие дубы, а в их густых кронах селились орлы.

Из истории
Среди жителей Ивановки бытует мнение, что на болотистой ранее территории, где сейчас располагается Ивановка, первым поселенцем был Иван Горбатый. Отсюда  пошло и название села, которое в разное время именовалось  Горбачи или Грабачи. Архивные же документы свидетельствуют о том, что в 1745 году помещик О. Д. Кукин переселил из Переяславского и  Шацкого уездов 65 мужских душ. В документе ревизии сказано: "Вотчина статского советника Осипа Дмитриева, сына Кукина, переведенные после переписи (1719 год) из Переяславского уезда дворовые люди и крестьяне: Максимов Афанасий, Миронов Дмитрий, Осипов Терентий, переведен из Шацкого уезда, из деревни Кукановки: Захар Филиппов...".  По епархиальным сведениям 1911 года в Ивановке (Грабачи) насчитывалось 225 крестьянских дворов с населением мужского пола - 750, женского пола - 850 человек. Земли крестьянам приходилось лишь по 17 сажен на душу в каждом из трёх полей, что равнялось чуть больше 1,5 десятины.
После постройки церкви в 1904 году Ивановка стала именоваться селом.
Начало двадцатого века – время перемен и потрясений. Все нововведения тяжело воспринимались крестьянством. Недовольство новыми порядками, вылившееся в крестьянское восстание известное под названием  «Антоновщина»,  лишь отголосками дошло и до наших мест. 20 января 1921 года особый пункт губчека на станции Умет сообщал: «Банда обнаружена в следующих местах: в Ивановке, 10 верст южнее станции Умет, силою в 300 человек…» Весной 1921 года в селе Ивановка, как и в ряде других сел района, было создано отделение Союза трудового крестьянства (СТК). В Ивановке СТК создал вооруженный отряд численностью 27 человек.
В 1932 году на территории села действовало несколько колхозов с названиями, символизирующими начало новой жизни: «Новый путь», «Путь один», «Начало борьбы». В 1950 г. они объединились в колхоз «Докучаева», спустя 10 лет совместно с хозяйствами находящимися на территории Градоуметского сельсовета был образован колхоз «Дружба», просуществовавший почти до конца XX века. Это было достаточно крепкое по советским меркам хозяйство, занимавшее первые строчки в сводках по надоям молока, производству и реализации сельскохозяйственной продукции: мяса и продуктов растениеводства  и другим показателям.

Видны перемены
Шли годы, менялась жизнь. К числу коренных жителей села в годы перестройки добавлялись переселенцы из других областей и районов. В период распада СССР в село хлынул поток беженцев из Азербайджана, Молдавии, Таджикистана и прочих союзных республик. К привычным фамилиям Шинкины, Гнетовы, Ширшовы, Щербинины добавились новые, не совсем обычные для наших мест.  Из числа коренного населения в селе сегодня проживают в большинстве своем пожилые люди. Каждый раз, бывая в Ивановке, я замечаю даже самые незначительные перемены. Заброшенные огороды, да притихшая  на своем привычном месте школа говорят о том, что люди постепенно покидают село. Единственной достопримечательностью, а сегодня и местом массового паломничества остается ивановский родник, пробившийся когда-то из-под земли.
Здесь прошло мое настоящее сельское детство. Шумной ватагой носились мы по деревенским тропинкам, играли в прятки, казаки-разбойники, ловили рыбу самодельными удочками, а потом, уставшие, но довольные, спускались к роднику, чтобы утолить жажду чистейшей водой, прошедшей сквозь самые надежные природные фильтры. От ледяной воды ломило зубы, но ее вкус нельзя было сравнить ни с чем. Нам были известны самые потаенные уголки, где можно было надежно укрыться от строгого родительского взгляда и переждать вдруг налетевшую грозу. Мы ели зеленые яблоки прямо с дерева, упиваясь их кислым соком, а зимой, сделав уроки и побросав учебники в портфель, спешили на горку.
Родные места! Здесь все по-прежнему, и наше село продолжает жить по давно установленному и понятному только ему порядку.

Автор: 
Галина Ситникова
Читайте также:
Наверх