От дыхания на штору до игры на ходу. Как в духовом оркестре Уваровского кадетского корпуса учеников обучают музыке

25 мая 2019, 21:11 632
public://article-images/2019/05/25/news-nid102221-144634.jpg
Фото: Олеся Харламова, Ирина Кузнецова

В Уваровском кадетском корпусе не первый год существует собственный духовой оркестр. Без него не обходится ни один корпусный праздник, юные музыканты нередко становятся участниками городских мероприятий. На «Кадетской симфонии», которая проходит в эти дни в Уварове, они не только участники, но и полноправные хозяева этого музыкального праздника.

 

Полувековые теноры и барабан-барометр

Кадетский корпус образовался в 2006 году, а год спустя «родился» и оркестр. Это произошло благодаря директору Евгению Кудрявцеву, у которого хороших идей всегда много. Налаживать новое дело пригласили музыканта Александра Ненашева, который и стал руководителем оркестра.

 

 

– Выстроили тогда передо мной целый взвод мальчишек – 24 человека: обучай. А ребята никогда духового инструмента в руки не брали, нотная грамота для них – тёмный лес. Занялся я с ними. Такт по столу отбарабанил: слух проверил, музыкальную память. Никого не забраковал, талантливые парнишки попались, да и любознательные. Таких учить можно, только не на чем.

Действительно, в кадетском корпусе ещё не было своих инструментов, и Александр бросился за помощью в местный ДК и музыкальную школу. Взял под запись старенькие трубы – справившие полувековой юбилей теноры и баритоны. Нашёлся и барабан.

 

 

Сегодня руководитель оркестра рассказывает о своём прежнем музыкальном хозяйстве с улыбкой:

– Трубы практически пришли в негодность, ткни пальцем – сразу дырка, приходилось то и дело их паять. А барабан был кожаный. Кожу сам натягивал. А добывал её в протезной мастерской – была такая в Тамбове. Кожаный барабан – это, считай, барометр. Он погоду за несколько суток чувствует – накануне дождя влагу в себя впитывает, кожа похожей на тряпку становится и совсем не звучит.

 

Дыхание на шторку

Начались первые уроки. До репетиций было ещё далеко. Воспитанники Ненашева нетерпеливо тянули руки к инструменту, заглядывали в раструбы и часами дули на штору. Их наставник давал команды:

– Дунули. Шевелится шторка? Тогда шаг назад, ещё раз дунули.

 

 

Он ставил ребятам правильное дыхание: смешанное, когда нужно уметь дышать и лёгкими, и диафрагмой, то есть животом. Повторял про необходимость иметь сильный пресс. Потом выдал мальчишкам мундштуки от труб:

– Целый инструмент вам пока рано, никакие «кнопочки» нажимать не надо, дайте мне просто звук.

То, что можно извлекать тот самый звук из мундштука, будущие оркестранты даже не подозревали. Но это не мешало им часами увлечённо гудеть и «крякать» на весь кадетский корпус. Убедились – дело не такое уж простое, чтобы ему научиться, требуется овладеть искусством правильного амбушюра – это особое, нужное для игры положение губ и окружающих их мышц. Когда же получили разрешение взять в руки инструмент, чесали затылки. 

 

 

Александр Дмитриевич смеётся:

– Говорят: «Тут же всего три кнопки! На трёх кнопках мелодию сыграть?». Вот тогда я начал разъяснять им аппликатуру – возможные комбинации клапанов трубы. Одновременно мы приступили к изучению нотной грамоты. Ребята так увлеклись, что на ужин мне их приходилось чуть не пинками выпроваживать.

Много времени мальчишки проводили на плацу. Нет, не строевой шаг отрабатывали, строевой-то как раз был под запретом. Руководитель оркестра поясняет:

– Ребята не только в концертных залах выступают, им нужно уметь играть на ходу. Тут нужен шаг, конечно, слаженный – нога в ногу, но очень мягкий, чтобы не поранить губы мундштуками или тростью саксофона.

Прошло три месяца после первого урока, и Александр Ненашев уже выпустил своих воспитанников на их первый парад.

 

 

Распальцовку нужно знать

Вскоре кадетский оркестр получил своё второе дыхание. В корпус приехал исполнительный директор Фонда содействия кадетским корпусам имени А.Йордана Владимир Короленко. Познакомился с юными музыкантами и задал их руководителю один вопрос: «Наверное, нужна помощь?» Ненашев, не стесняясь, озвучил список необходимых инструментов, Короленко поспособствовал их приобретению. Не сразу, постепенно укреплялась материальная база оркестра. Пришли из Москвы новые трубы, позже – пластиковые барабаны: репетиционный и басовый (маршевый). Были приобретены новые тарелки, куплены с рук два саксофона, сегодня в наличии имеются даже два сузафона.

 

 

Естественно, появились и новые «специальности». С девочками-саксофонистками согласилась заниматься Ольга Хахина, в то время педагог Детской школы искусств, а сегодня – офицер-воспитатель кадетского корпуса. Нашлись среди кадет и барабанщики - их труд Александр Ненашев называет очень нелёгким:

– Думаете, стучи себе и стучи? Барабанщику нужно иметь отменный слух. Нужно знать распальцовку, то есть научиться правильно держать барабанные палочки. Захват влияет на силу удара и уровень контроля во время исполнения. Небрежный захват приведёт к плохому звуку, не говоря уже о боли в запястьях.

 

 

Репетиции оркестра проходят каждый день: после уроков до четырёх вечера, когда начинается время самоподготовки. В репертуаре: вальсы, туши, марши. Александр доволен своими учениками. Правда, есть одно «но» – слишком мало у него времени, чтобы сделать из ребят настоящих музыкантов. Отвечая на вопрос о планах на будущее, он вздыхает:

– Новых мальчишек и девчонок надо набирать. Нынешние мои ребята в выпускной класс переходят – не до оркестра им теперь будет. Мои ученики – учащиеся девятых-десятых, реже восьмых классов. На обучение у них только и есть, что два-три года. А с новыми всё сначала начинать надо.

 

 

Да, с самого начала - с выдохов на шторку, амбушюра и аппликатуры. Но что же делать, если так быстро взрослеют дети и, расставляя приоритеты, забывают о трубах и барабанах, с головой погружаясь в подготовку к ЕГЭ? Александр Ненашев приоритеты признаёт, ему просто очень жаль расставаться со своими учениками.

 


 

Олеся Харламова

Читаемое

Наверх